|
(6)
Вакансия
Марк Шерратт
Интервью
Йоханнесбург, ЮАР
Бюро MSSA основано в 2017 году в Йоханнесбурге, ЮАР. Занимается исследованиями и проектами в области архитектуры, ориентированной на восстановление экологической среды в Африке.
Основатель, директор и руководитель исследовательского отдела бюро Marc Sherratt, Sustainability Architects (MSSA).
Для нас важно подчеркивать, что мы — африканская фирма и вносим свой вклад в мировые вопросы с африканской перспективы. Африканская идея природы отличается от европейской.
Чем ваша работа может полезна для глобального развития архитектуры и урбанистики?
Это неочевидно, но Африка, где мы работаем, очень урбанизированное место. При этом урбанизируется оно хаотично, без контроля государства. Люди просто приезжают в города и строят там, где могут найти место. К сожалению, это наносит ущерб экологическим системам в городе и вокруг него.
Поэтому обычно наша главная задача — восстановить утраченную экологическую систему, состоящую из растений, насекомых и птиц. Мы разработали множество технологий, в том числе на базе ИИ, для мониторинга систем биоразнообразия, и только на основе его результатов занимаемся проектированием и подбором материалов для строительства. В Африке заниматься этим гораздо интереснее, чем, например, где-то в Западном полушарии, где уже уничтожено почти всё биоразнообразие и нечего восстанавливать.
Поэтому обычно наша главная задача — восстановить утраченную экологическую систему, состоящую из растений, насекомых и птиц. Мы разработали множество технологий, в том числе на базе ИИ, для мониторинга систем биоразнообразия, и только на основе его результатов занимаемся проектированием и подбором материалов для строительства. В Африке заниматься этим гораздо интереснее, чем, например, где-то в Западном полушарии, где уже уничтожено почти всё биоразнообразие и нечего восстанавливать.
В чем особенность работы архитектурного бюро в Африке?
Африканцы имеют очень глубокие связи с природой — духовные, религиозные и культурные. Запад может многому научиться у того, как африканцы живут с природой каждый день. В Замбии все еще есть дети, которых лев съедает по дороге в школу, представляете? Эта опасность природы в Африке ощущается каждый день, и мы умеем с ней жить. Это умение будет полезно задокументировать и обсудить во всем мире.
При этом, конечно, в Африке есть проблемы. У нас большой комплекс неполноценности, и мы всегда где-то чувствуем себя отстающими. Тысячи лет нам говорили, что мы бедные, прививали нам рабство. Поэтому африканцам кажется, что нам нечему научить остальной мир. Большая часть нашей работы направлена на то, чтобы дать людям возможность гордиться своим устойчивым образом жизни.
До колонизации экономические системы Южной Африки строились вокруг крупного рогатого скота. Поселения формировались вокруг живого существа, которому нужно питаться и дышать. Это стимулировало местные источники строительных материалов. Теперь мы ищем новую идею богатства. Это может быть американский потребительский стиль жизни, европейская или японская модель.
При этом, конечно, в Африке есть проблемы. У нас большой комплекс неполноценности, и мы всегда где-то чувствуем себя отстающими. Тысячи лет нам говорили, что мы бедные, прививали нам рабство. Поэтому африканцам кажется, что нам нечему научить остальной мир. Большая часть нашей работы направлена на то, чтобы дать людям возможность гордиться своим устойчивым образом жизни.
До колонизации экономические системы Южной Африки строились вокруг крупного рогатого скота. Поселения формировались вокруг живого существа, которому нужно питаться и дышать. Это стимулировало местные источники строительных материалов. Теперь мы ищем новую идею богатства. Это может быть американский потребительский стиль жизни, европейская или японская модель.
Могут ли нейросети заменить визуализаторов?
Такого страха нет. Количество визуализаторов действительно может сократиться, но люди, которые нейронками управляют, будут важны. Так на первое место выходят художественные и творческие задачи. Даже если нейронки обучены на классных референсах, всегда будут сложные моменты — композиционные, сюжетные. И чтобы кадр сложился, нужен большой бэкграунд, насмотренность — это дело человека.
Вопрос от коллеги.
Работа Материи сфокусирована на Москве. Это город сложный, разный, быстрый, напряженный, насыщенный — как жить в нем так, чтобы он тебя не подавлял?
Кажется, в этом вопросе содержится утверждение, что в Москве опасно. У меня такого ощущения нет. Я считаю, чтобы город уничтожил нас, мы должны сами этого захотеть и позволить ему.
В Москве огромный диапазон возможностей быть счастливым. Мне очень нравится ее активность, люди, с которыми наконец-то у меня есть время встречаться, концерты, парки, многочасовые велосипедные маршруты. В общем есть все для того, чтобы после усердной трудовой недели отдохнуть и восстановиться. У меня нет проблем с насыщенностью города, он меня не подавляет, а дает кучу возможностей работать и отдыхать. Это делает меня счастливой.
Такого страха нет. Количество визуализаторов действительно может сократиться, но люди, которые нейронками управляют, будут важны. Так на первое место выходят художественные и творческие задачи. Даже если нейронки обучены на классных референсах, всегда будут сложные моменты — композиционные, сюжетные. И чтобы кадр сложился, нужен большой бэкграунд, насмотренность — это дело человека.
Вопрос от коллеги.
Работа Материи сфокусирована на Москве. Это город сложный, разный, быстрый, напряженный, насыщенный — как жить в нем так, чтобы он тебя не подавлял?
Кажется, в этом вопросе содержится утверждение, что в Москве опасно. У меня такого ощущения нет. Я считаю, чтобы город уничтожил нас, мы должны сами этого захотеть и позволить ему.
В Москве огромный диапазон возможностей быть счастливым. Мне очень нравится ее активность, люди, с которыми наконец-то у меня есть время встречаться, концерты, парки, многочасовые велосипедные маршруты. В общем есть все для того, чтобы после усердной трудовой недели отдохнуть и восстановиться. У меня нет проблем с насыщенностью города, он меня не подавляет, а дает кучу возможностей работать и отдыхать. Это делает меня счастливой.
Нейросети — одно из направлений твоей работы в Материи. Как ваш отдел их использует?
Нейросети у нас в работе постоянно. С одной стороны это дополнительный инструмент, который технически помогает проработать первые планы, облегчить работу постпродакшена, повысить качество кадров.
Иногда нейросети становятся полноценным соавтором. Когда мы брифуем подрядчиков, особенно на более гибкие задачи, нейросети помогают сделать скетч, который выдается как ТЗ. Нейронка может предложить различные варианты после того, как пропишешь промпт и загрузишь референсы — часто она может подсказать то, что ты даже не предполагал.
Нейросети у нас в работе постоянно. С одной стороны это дополнительный инструмент, который технически помогает проработать первые планы, облегчить работу постпродакшена, повысить качество кадров.
Иногда нейросети становятся полноценным соавтором. Когда мы брифуем подрядчиков, особенно на более гибкие задачи, нейросети помогают сделать скетч, который выдается как ТЗ. Нейронка может предложить различные варианты после того, как пропишешь промпт и загрузишь референсы — часто она может подсказать то, что ты даже не предполагал.
жилой комплекс «МОСКВОРЕЧЬЕ».
АРХИТЕКТУРА: SAGA. ДЕВЕЛОПМЕНТ: ПИК
АРХИТЕКТУРА: SAGA. ДЕВЕЛОПМЕНТ: ПИК
Ян ван Эйк «Мадонна в церкви»
1430–1441 годы
1430–1441 годы
жилой комплекс «Алтуфьево».
АРХИТЕКТУРА: М.А.М. ДЕВЕЛОПМЕНТ: ПИК
АРХИТЕКТУРА: М.А.М. ДЕВЕЛОПМЕНТ: ПИК
Мария веерпалу для бюро omni ar
