|

(6)

Вакансия

Как устроено архитектурное мышление?

У этого есть две стороны — условно «тёмная» и «светлая». С одной стороны, архитектору с самого начала внушают, что он создаёт миры, в которых потом живут люди. Это формирует довольно опасное ощущение: будто ты лучше знаешь, как другим нужно жить. Такой «комплекс бога» может мешать — и в работе, и в жизни.

С другой стороны, именно это даёт уверенность и способность принимать решения. Архитектура — очень комплексная дисциплина: ты постоянно работаешь на стыке разных областей — от инженерии до социологии. В какой-то момент этот навык начинает распространяться на всё: от проектирования пространства до бытовых решений.

Как вы пришли к этому методу?

Во многом интуитивно. Архитектура и режиссура действительно очень близки: ты работаешь с последовательностью восприятия, с движением, с идеей, разворачивающейся во времени.

На нас сильно повлиял текст Сергея Эйзенштейна об Акрополе, где он анализирует архитектуру как монтаж — как последовательность видов и впечатлений. Это оказалось очень точным инструментом. С тех пор мы часто начинаем проект не с формы, а с пути зрителя: что человек увидит сначала, как будет двигаться, какие состояния переживёт. И уже из этого выстраивается архитектура.

Расскажите о вашем проекте Армянского павильона в Венеции.

Это был многослойный проект. Отправной точкой стала ситуация в Карабахе, когда многие армянские памятники оказались уничтожены или под угрозой исчезновения. Но сегодня культурное наследие исчезает по всему миру — из-за войн, климатических изменений и других процессов. Мы задались вопросом: можно ли использовать современные технологии, чтобы по-новому работать с памятью об этих объектах? Например, есть традиционный армянский элемент — хачкар, каменный крест с резьбой. Мы загрузили в систему сотни отсканированных хачкаров, и алгоритм начал генерировать новые формы, затем мы вернули эти «галлюцинации» обратно в камень. Фактически искусственный интеллект материализовал не конкретный объект, а наше представление о нём.

Сам павильон был построен как сценарий. Первая часть — почти лаборатория: светлое пространство, в котором объясняется исследование и процесс. Затем зритель попадает в более тёмную, архивную зону, где экспонируются созданные объекты. Звуковую среду создала Лара Саркисян: она работала по тому же принципу, собирая звуки и трансформируя их в композицию. В результате получился опыт, в котором соединяются знание, восприятие и эмоция.

Что в армянской архитектуре вам кажется важным для мировой практики?

В первую очередь — работа с материалом, особенно с камнем. Это основа всей армянской архитектуры. Исторически строили из того, что было рядом. Каждый регион имеет свой тип камня, и здания вырастают из ландшафта. Это даёт сильную визуальную связь с местом — архитектура становится его продолжением. Кроме того, это и практическое решение: такие здания менее заметны и лучше защищены. Есть и экологический аспект: традиционные технологии локальны и устойчивы.  При этом важна и эмоциональная составляющая: камень задаёт ощущение веса и текстуры, а сама архитектура остаётся аскетичной — декор встроен в структуру, в резьбу и пропорции. Работа архитектора здесь — это работа с целым, где ценится не цитирование форм, а системный подход

Какими своими проектами вы особенно гордитесь?

Один из главных — образовательный центр TUMO. Это важный для Армении проект, который сейчас развивается по всему миру. Обычно такие центры делают в реконструируемых зданиях, но нам нужно было придумать типологию с нуля. Мы разработали модульную систему, которая позволяет масштабировать проект. Сейчас строится первый такой объект недалеко от Еревана.
Еще есть проект частной фермы, которая выросла из идеи конюшни в целый «город». Там всё построено как последовательность пространств: курятник, голубятня, пекарня с традиционным тандыром, детские пространства. Мы использовали традиционные элементы через интерпретацию — включая, например, типичную для региона конструкцию «главного дома» с деревянной купольной крышей. 

Как устроен ваш процесс работы? В какой момент вы понимаете, что концепция сложилась?

Мы часто описываем свой подход как театрально-кинематографический. Нам важно мыслить сценариями. Причём сценарий не задаётся заранее — он складывается из контекста, задачи, времени, множества факторов.

Проект для нас — как фильм: у него есть начало, развитие, кульминация и завершение. И когда все элементы начинают работать на одну идею, когда возникает ощущение целостного «сюжета», — тогда мы понимаем, что концепция состоялась. Иногда мы даже не проговариваем это напрямую, но чувствуем: система заработала.

опера

coaf

Армянский павильон на Венецианской биеннале 2025

Образовательный центр TUMO
Ереван

Coaf